Игра билбордов

№ 5 (893) 1 — 7 февраля 2019 г. 31 Января 2019 4.9

К моменту выхода номера уже завершится регистрация кандидатов на пост президента Украины, и пока мы не знаем, сколько их будет. Но программы почти всех претендующих на хороший результат уже опубликованы на сайте Центризбиркома. Вот что там пишут о решении главной, согласно соцопросам, проблемы страны — вооруженного конфликта в Донбассе.

О теоретиках миротворчества и реинтеграции

Юлия Тимошенко, как и следовало ожидать, возлагает надежды на Будапештский меморандум — не только относительно Донбасса, но и Крыма. Вот в какие формулировки это упаковано. «Задача украинской армии на современном этапе — сдерживать агрессора и наращивать силы. Задача украинской дипломатии — во главе с президентом — идти в наступление и добиваться коллективных мер по принуждению агрессора к миру и возвращения Крыма и Донбасса. Мы добьемся организации настоящего переговорного процесса и восстановления мира в соответствии с Будапештским меморандумом. Мы вернем военно-дипломатическим путем мир и оккупированные территории Крыма и Донбасса».

Также в программе говорится о решимости добиваться компенсаций от России и о том, что программа реинтеграции Крыма и Донбасса, разработанная командой Тимошенко, «является альтернативой сегодняшней «минской формуле». Но в чем суть этой реинтеграции, не конкретизируется. Зато отмечается: «дипломатическим путем можно достичь только тех целей, для достижения которых достаточно военных возможностей. Именно поэтому одной из основ нашей стратегии мира и безопасности является укрепление украинской армии».

Т. е. дипломатическое давление в формате Будапештского меморандума окажется успешным, лишь когда украинская армия сможет победить на Донбассе. Однако на практике ждать такой возможности придется долго. А что будет, если с дипломатическим давлением не получится?

Программа Тимошенко на это не отвечает, зато отвечает программа Олега Ляшко: «Люди устали от войны на Донбассе... Я готов сделать все для мира. Но не ценой капитуляции... Я буду жестко отстаивать национальные интересы на международной арене. Вместо того чтобы гнуть спину перед «партнерами» — требовать от них выполнения Будапештского меморандума. Ведь, подписав этот документ, Украина отказалась от третьего в мире ядерного потенциала в обмен на гарантии безопасности. Если документ не выполняется — мы имеем полное право заявить о восстановлении статуса ядерной державы. С другой стороны, мы требуем прямого военного соглашения с США».

Причем, судя по контексту, такое соглашение Ляшко, по всей вероятности, считает необходимым независимо от выполнения Будапештского меморандума — как альтернативу НАТО. Во всяком случае об альянсе, как и о Крыме, у него ничего не сказано (впрочем, и у Тимошенко речь не идет об интеграции в НАТО, а лишь о переходе армии на стандарты этой организации).

Не говорится о НАТО и в программе Анатолия Гриценко, но Крым у него не забыт: «Капитулянтского возвращения Донбасса не будет — оккупированные территории вернем без «особых статусов» дипломатическими, военными, экономическими, санкционными средствами совместно с зарубежными партнерами. Это возможно осуществить в течение 5-летнего президентского срока. Не будет Украина уступать права на Крым в обмен на любые экономические уступки — в Крыму наши граждане, это наша земля, и Крым будет украинским!»

Т. е. Гриценко не говорит о возобновлении войны, но упоминает военные меры по возвращению территорий. У Тимошенко же речь идет о мерах «военно-дипломатических», которые, конечно, можно понимать и как сочетание войны и дипломатии, но в общем контексте ее программы эти слова, очевидно, означают подкрепление переговорного давления военной мощью.

Иной подход к конфликту у тех, кого обычно именуют кандидатами юго-востока. Так, в программе Евгения Мураева говорится: «Задача установления мира — многоуровневая, и прекращение боевых действий путем выполнения Минских соглашений и прямые переговоры всех сторон конфликта, восстановление экономических и социальных связей — только первый уровень. Второй уровень — прекращение войны как курса внешней и внутренней политики. Украина должна вернуть свой нейтральный, внеблоковый статус... Третий уровень — прекращение культурной войны внутри Украины и восстановление нарушенного политического баланса между западными регионами и юго-востоком».

У Юрия Бойко короче, но по сути очень похоже: «Украина выполнит все международные обязательства по установлению мира на Донбассе. Сделаем все, чтобы прекратить вооруженный конфликт исключительно мирным путем. Новая власть пойдет на прямые переговоры со всеми сторонами конфликта — ради мира и возвращения территорий и населения под юрисдикцию Украины».

Это записано в самом начале программы, а в ее завершающем разделе сказано: «Обеспечим реальный нейтралитет и внеблоковость Украины. Преодолеем противоречия со всеми странами-соседями, в том числе с Россией». У Мураева Россия прямо не упомянута, но прозрачный намек на нее очевиден в обещании «свертывания ориентации на конфронтацию со всеми соседями».

У Александра Вилкула и такого намека нет, в его программе «Мир и развитие: 4 шага к успеху» внешнеполитическая часть вообще отсутствует, но в разделе, посвященном новой Конституции, сказано о «внеблоковом статусе». Конституция же — второй шаг к успеху. А первый именуется — мир.

Кандидат обещает остановить войну за 100 дней. И вот что для этого предлагается: «Вводим на Донбасс миротворческий контингент дружественных стран и нейтральных государств (Беларусь, Казахстан, Азербайджан, Финляндия, Швеция, Австрия). Проводим выборы согласно специально принятым украинским законам с участием украинских партий. Получаем контроль над границей одновременно с объявлением результатов выборов».

Далее о возвращении переселенцев и восстановлении инфраструктуры. В чем отличия в рамках этой тройки? Мураев, подавший документы в ЦИК раньше Вилкула, давал понять, что тот заимствовал программу у него. Между тем в разделе по Донбассу гораздо больше сходства между Мураевым и Бойко. Так, оба говорят о выполнении Минских соглашений (Бойко, правда, не называя их прямо, упоминая как о «международных обязательствах»). Следовательно, признавая необходимость особого статуса Донбасса, — о переговорах с самопровозглашенными ДНР и ЛНР (не названных уже обоими кандидатами, но легко угадываемых под «всеми сторонами»).

А вот Вилкул не упоминает ни о Минских соглашениях, ни о прямых переговорах, но в отличие от них говорит о миротворцах и о контроле над границей. А это ключевые элементы урегулирования и для Порошенко.

Эти упоминания и умолчания играют ту же роль, что «Слава Украине!», чем завершился форум оппозиционеров в Запорожье. Это сигнал о том, что кандидат представляет тех, кого два месяца назад Арсений Яценюк в интервью брюссельской медиаплатформе EurActiv назвал «проукраинской восточной оппозицией», расшифровав тут же, что речь идет о части Оппозиционного блока с Ахметовым, Колесниковым и Новинским.

О новой альтернативе «Минску»

Но в принципе именно такой вариант решения конфликта поддерживают и посредники ОБСЕ по Украине, выдвинув свой мирный план. Так, 16 января глава МИД Украины Климкин в ходе совместной со своим словацким коллегой и действующим председателем ОБСЕ Мирославом Лайчаком пресс-конференции в Северодонецке заявил: «Представители ОБСЕ, которые работают на минской площадке, вышли с предложением создать совместную миссию ООН и ОБСЕ. Эта миссия должна иметь военный и полицейский компоненты и международную администрацию».

Сам Лайчак этой темы не развивал, и можно было подумать, что министр преувеличивает. Однако 23 января «Укринформ» со ссылкой на офис Спецпредставителя председателя ОБСЕ в Украине и Трехсторонней контактной группы (ТКГ) Мартина Сайдика сообщил следующее. Еще 6—7 декабря на полях заседания Совмина иностранных дел ОБСЕ в Милане имело место обсуждение концепции этой миссии, которую представил Сайдик, а разработали три человека: он сам, координатор политической подгруппы ТКГ Пьер Морель и глава СММ ОБСЕ и координатор подгруппы по безопасности ТКГ Эртугрул Апакан.

В офисе отметили, что все трое авторов выступали «в своих личных качествах», а «содержание документа и обмен мнениями по нему не оглашались». Но в опубликованном 24 января в австрийской газете Kleine Zeitung интервью дипломат уже не говорил, что эти предложения — сугубо личное мнение, а главное — изложил их содержание.

Основных элементов в плане Сайдика два. Первый — новый документ об урегулировании вместо Минских соглашений. Это договор, который должны подписать лидеры стран «нормандской четверки» и ратифицировать парламенты. При этом не уточняется, должна ли ратификация иметь место в четырех странах или лишь в двух.

Дипломат отмечает: «Нужен договор, который действительно имеет политический и юридический вес. Минские соглашения не ратифицировались ни российским, ни украинским парламентом. ...Наша идея состоит в том, чтобы придать документу такой политический вес, который побудит все стороны реализовать его».

Однако такой документ оформляет конфликт уже как украинско-российский, а подписание его лидерами самопровозглашенных ДНР и ЛНР, пусть в персональном качестве, как в Минских соглашениях, не предполагается. Это однозначно выгодно Киеву, но невыгодно Москве, которая постоянно подчеркивает, что она является не участником конфликта, а посредником. Формулировки же как первого, так и второго минских соглашений столь расплывчаты, что невозможно точно уяснить, кого они определяют участником, а кого — посредником.

Второй ключевой элемент документа — это функционирование на ныне неподконтрольной территории Украины международной администрации. Из интервью неясны многие нюансы. Известно лишь, что речь идет о «легкой переходной администрации ООН». Ее должен возглавить спецпредставитель генсека организации, который будет руководить силами как ООН (военными, полицейскими и гражданским персоналом), так и ОБСЕ. Общая численность миссии непонятна. Сайдик лишь утверждает, что можно обойтись меньшим числом, чем 20 тыс. человек.

Необходимость этой миссии Сайдик объясняет тем, что «за прошедшие годы мы увидели, что в Минском соглашении не все прояснено. Важным моментом является то, что для реализации центрального элемента, для проведения местных выборов, необходима помощь извне. Мы пришли к выводу, что это может быть только ООН. У ОБСЕ есть задача составлять мнение о выборах, поэтому она не может организовать выборы. К этому добавляется весь аспект безопасности. ...Сейчас наблюдатели ОБСЕ, которых около 600 человек, работая в Восточной Украине на площади 17 тыс. кв. км, на линии фронта более 420 км, не могут создать ее в одиночку».

Т. е. главная причина создания миссии — не столько безопасность, сколько организация выборов. Правда, в самих Минских соглашениях не говорилось не только о миротворцах, но и о внешней помощи в проведении выборов. Не было о ней ничего и в появившемся в сентябре-2015 плане Пьера Мореля, который якобы был одобрен «нормандской четверкой», но затем Киев от него открестился. И раз в интервью Сайдика говорится о международной переходной администрации ООН, речь идет не просто о помощи в их проведении, а о непосредственной организации. Везде, где такие администрации существовали, они осуществляли все гражданское управление на соответствующих территориях, в т. ч. и организовывали выборы.

При этом отдельно от администрации будет действовать Агентство по реконструкции Донбасса, которое в соответствии с концепцией Сайдика «должно быть организовано ЕС, следуя примеру того, что уже существовало на Балканах». Т. е. доноры будут выделять деньги на реконструкцию, а чиновники ЕС следить за тем, чтобы они расходовались по назначению.

Все это похоже на «миротворческую оккупацию», которую предлагал представитель госдепартамента США по переговорам по Украине Курт Волкер. Разница лишь в словесном оформлении предложений, австрийский дипломат избегает пренебрежительных выражений о фактических властях в Донецке и Луганске. Напротив, он говорит: «Минские соглашения четко предусматривают, что представители т. н. отдельных районов из Донецка и Луганска должны участвовать и быть услышанными в процессе. Мы предполагаем, что так должно быть и после принятия всеобъемлющего договора».

Однако непонятно, как предполагается их выслушивать и учитывать их интересы. В интервью Сайдик не говорит об отказе от чего-либо из прошлых договоренностей. Напротив, он подчеркивает: «Необходимо обеспечить то, что записано в Минских соглашениях, то, что эти люди в Донецкой и Луганской областях действительно получают права, которые содержатся в этих соглашениях».

Но политические пункты этих документов он упоминает выборочно. Сказано о выборах, амнистии и языковом самоопределении, не сказано ни о постоянно действующем особом статусе Донбасса, ни о закреплении его в Конституции Украины, ни о необходимости согласования как этого статуса, так и законодательства о выборах с представителями «отдельных районов» Донбасса.

Ничего не говорится о каких-либо обязательствах со стороны Украины. Эти упоминания и умолчания очень типичны для рассуждений того же Волкера и других западных политиков. Они всегда упоминают выборы, но редко говорят об особом статусе. Да, документ, подготовленный Сайдиком и его коллегами, конечно, должен быть более подробным, чем его интервью. Но все же публикация в газете — это выжимка самых главных его предложений.

Неудивительно, что в России план Сайдика встретил критическую оценку. Так, близкий к советнику президента РФ Владиславу Суркову директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков в интервью ТАСС сказал: «Внимательно прочитал как предложения господина Сайдика, так и его комментарии к этим предложениям (вероятно, эксперт знаком не только с интервью, но и с самим планом. — С. Б.). Из всего предлагаемого потока идей вряд ли кому-нибудь будет хорошо понятно, в чем политическая и содержательная ценность документа, и почему он появился именно сейчас. ...Позиция Москвы по вопросу выполнения Минских соглашений неизменна — они должны быть полностью выполнены. Любые разговоры о «дополнении и развитии «Минска-2» выглядят как манипуляции и попытки создать условия для украинской стороны не выполнять взятые на себя обязательства».

В самом интервью содержится ключ к тому, почему план появился «именно сейчас». Разговор Сайдика с журналистом Кристианом Вершютцем завершается обсуждением темы влияния украинских выборов на процесс урегулирования, и интервьюер спрашивает: «Можно ли сказать, что время избирательной кампании будет использовано для процесса просачивания предложенного вами, чтобы, когда в Украине политическая ситуация снова прояснится, на основе этого документа вступить в серьезные переговоры?» И дипломат отвечает: «Это верно».

Т. е. предполагается, что период выборов должен стать для украинского общества и украинских политиков временем знакомства с планом (вероятно, надо ждать и рассекречивания этого документа). И, судя по интервью, именно их мнение — самое главное. О том, что могут быть какие-то возражения с российской стороны, там нет даже намека.

Трудно сказать, какой эффект вызовет «просачивание плана Сайдика», но уже очевидно одно. Эта идея на руку Порошенко. Тому в ходе кампании надо показать продвижение урегулирования в Донбассе на киевских условиях. Вскоре после того как украинскими делами в США стал заниматься Волкер, главным из этих условий стал ввод миротворцев ООН для передачи власти в Донбассе международной переходной администрации.

Но переговоры Волкера с Сурковым, где эта тема обсуждалась, давно прервались. А вот благодаря обнародованию плана Сайдика можно говорить, что идея миротворческой оккупации Донбасса получила второе дыхание в виде поддержки ОБСЕ. А ведь эта организация до сих пор в публичных выступлениях старалась быть равноудаленной от сторон конфликта. Следовательно, в поддержке этого плана Берлином, Парижем и прочими европейскими столицами можно не сомневаться.

О партийной дисциплине на местах

На минувшей неделе прервалось затянувшееся молчание Святослава Вакарчука относительно его дальнейших политических планов. 28 января в специальном видеообращении он заявил, что не будет баллотироваться на президентских выборах-2019. Вместе с тем он отметил, что будет работать со своей командой для перемен в стране и победы проевропейских сил. При этом он заявил, что не собирается поддерживать никого из нынешних кандидатов.

Участвовать в президентской избирательной кампании без собственного выдвижения и никого из кандидатов не поддерживая — это, безусловно, новое слово в политической практике, даже если делается это с прицелом на грядущую парламентскую кампанию. Но ведь помогать можно и храня электоральную невинность, ненавязчиво направляя интерес своих сторонников (около 3% Вакарчуку дают все последние опросы, сделанные еще до его официального отказа от баллотирования) в сторону нужного кандидата, а с еще большим успехом — вести контрагитацию, прямо или косвенно указывая, за кого не стоит голосовать ни в коем случае.

Политологи теряются в догадках, за чью команду будет играть Вакарчук, но рискну предположить, что он и те, кто за ним стоит, еще сами не решили окончательно. Обладатель 3-процентного президентского рейтинга и еще незамеренного дополнительного рейтинга (т.е. люди, может, не видящие его сегодня президентом, но прислушивающиеся к его позиции) — это в сегодняшних условиях просто колоссальный электоральный резерв. В борьбу за него уже включились многие кандидаты (в т. ч. открыто предлагая Вакарчуку сотрудничество). И теперь ему осталось только выбрать того, кто предложит лучшие условия.

Судя по последнему заявлению Вакарчука, таким кандидатом вряд ли станет Зеленский, ведь определение «проевропейский кандидат» не слишком и подходит Владимиру. Между тем соцопросы неизменно показывали, что электораты этих двух кандидатов наиболее переплетены. В отсутствие Вакарчука большинство его избирателей голосовали бы за Зеленского и наоборот. И, вероятно, проседание рейтинга лидера «Океана Эльзы» и связано с тем, что часть его поклонников ушла к основателю «95-го квартала». Сможет ли Вакарчук переубедить этих избирателей?

Сказанное выше не отменяет того, что напомнить о себе, не участвуя, с прицелом на парламентскую кампанию, показать себя самостоятельным игроком стало настоящим трендом нынешней президентской гонки. Некоторое время назад по всей стране (и особенно в Киеве) появились билборды с ликом столичного градоначальника Виталия Кличко. О явных сигналах, указывающих на то, что партия «УДАР» возвращается на политическую сцену в качестве самостоятельного игрока, я писал неделю назад. А днями, как стало известно, у него возникли проблемы со здоровьем (спиной), потребовавшие пребывания в австрийской клинике и лишившие его — главу высшего органа БПП, центральной рады партии — возможности принять участие в партсъезде, который выдвинул кандидатуру Петра Порошенко на второй срок.

А несколько ранее активную билборд-кампанию провел «Народный фронт», с напоминанием о своих заслугах вообще и своего лидера Арсения Яценюка в частности. И снова напомню, что неделю назад я говорил о демаршах Арсена Авакова, которыми он демонстрирует, что в президентской гонке он будет «над схваткой», в контексте — не даст никому задействовать административный ресурс, а ведь всем понятно, кто может на него рассчитывать.

Но самым знаковым следует считать официальное заявление, появившееся на сайте полиции Винницкой области, где находится епархия УПЦ, предстоятель которой решил перейти в ПЦУ. Во-первых, винницкие полицейские заявили, что «поступили десятки жалоб от граждан о нарушении их прав на свободу вероисповедания». Во-вторых, «с целью недопущения нарушения законов ... ограничения прав и свобод граждан и предотвращения совершения подобных фактов в дальнейшем» предоставили разъяснения законодательства, регулирующего вопросы религиозной деятельности.

А ведь это называется покушение на самое святое — главный пункт политической и предвыборной повестки президента. Так что, похоже, Арсен Аваков начал свою большую игру. Кроме того, Авакова не было и на мероприятии, на котором Порошенко объявил о своем выдвижении. Но в целом кворум из ключевых фигур власти собрать удалось. В поддержку Порошенко выступили Парубий и Гройсман, присутствовал и Турчинов. А заболевший Кличко прислал видеообращение. Особо же следует отметить генпрокурора, который, судя по всему, совершенно забыл свое обещание быть над схваткой и не стал его соблюдать даже сугубо формально.

Возникает даже вопрос: насколько было оправдано возвращение генпрокурора, ведь считать Луценко политиком, способным за счет своего личного рейтинга принести в копилку президента хотя бы сотые доли процента голосов, не приходится, тем паче что и сенсацией его фактическая поддержка Порошенко не стала.

В какой-то мере это относится и к Гройсману, от которого можно было бы несколько дистанцироваться как от чиновника, несущего главную ответственность за аховое положение дел в экономике. Ведь еще неделю назад тот же Луценко в своем программном интервью активно развивал мысль, что экономика — это не сфера ответственности президента, и тут нужно спрашивать с назначенного парламентом правительства. Собственно, и кампания Порошенко строилась на «армия, мова, віра», а экономические вопросы выводились на периферию.

Выступление Порошенко на форуме в свою поддержку показало, что решено эту тактику кардинально изменить, вероятно, потому, что она не приносит результатов, и вспомнить о том, что по-настоящему волнует подавляющее большинство граждан. Но причина приглашения и выступления Гройсмана, а также Луценко иная. Это сигнал местным элитам, что у президента все под контролем, ключевые фигуры не разбегаются, а в команде (а посему и на местах) не стоит занимать выжидательную позицию. Ведь, судя по всему, именно в дисциплинированном выполнении пожеланий сверху на местах Банковая видит главный залог победы.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Второй тур: вторая порция

В крупных городах первую роль играют местные элиты. А они не только неподконтрольны...

30 лет экономического реформирования

Чем дальше горизонты планируемых стратегических «достижений», тем фантастичнее...

Второй тур: умение договориться

Поражение кандидатов от «Слуги» на мэрских выборах может обеспечить вхождение...

В Украине хотят оставить одну партию

Отдельные народные депутаты ради спасения одной партии готовы убрать с политической...

Первая жертва свидетелей провала

Зеленскому остается лишь массово увольнять «нерадивых бояр» Законопроект...

Маятник качнулся

боры в местные органы власти у нас в стране обозначили ряд характерных тенденций....

«Сильное предупреждение» Гончарука

В случае победы на президентских выборах Джо Байдена не исключено, что в Украине...

Ничто так не удивляет народ после выборов, как...

«Демократия предоставляет каждому свободу выбирать...» — отмечено Вильгельмом...

Без шанса на шанс

Новая избирательная система становится камнем преткновения как для партийных...

Тупик судьбоносной реформы

Новая система бюджетного распределения, фактически лишая стабильного финансирования...

Встревоженность, карантин, выборы

Верховная Рада — лидер антипатий: 73% негативных оценок

Неясная простота

Единственное «упрощение», которое поприветствовать никак нельзя, — это...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка