Добрая воля VS упорствo

№26(912) 28 июня — 4 июля 2019 г. 25 Июня 2019 3.6

17 июня Владимир Зеленский во время своего визита во Францию попросил европейских политиков усилить давление на Россию, чтобы прекратить вооруженный конфликт в Донбассе. Ключ к миру, как считает украинский президент, может предоставить только дипломатическое и санкционное давление на Москву, которое заставит российские власти руководствоваться нормами права и обеспечит безопасность Европы.

20 июня Владимир Путин в ходе ежегодной «прямой линии» подробно ответил на данный призыв украинского лидера. Нужно заметить, что другие внешнеполитические проблемы не получили столь детального освещения, как западные санкции и донбасский конфликт.

Если кратко сформулировать то, что сказал российский президент, то получится примерно следующее: Россия санкций не боится, отступать от своих интересов не собирается и продолжит помогать жителям Донбасса, страдающим от агрессивных действий украинской власти, воюющей с собственными гражданами.

Однако следует обратить внимание на то, что некоторые вопросы, посвященные данной тематике, были сформулированы не в виде заявлений о поддержке внешнеполитической линии российского руководства (как это обычно бывало раньше), а в форме предложений, которые глава государства опровергал в своем ответе.

Так, российский президент во вступительном слове ясно сказал, что экономическая рецессия связана не столько с западными санкциями, сколько со снижением мировых цен на углеводороды, металлы и химические удобрения. Однако Павел Зарубин, один из ведущих программы «Москва. Кремль. Путин», выходящей на телеканале «Россия 1» (т. е. человек хорошо, чувствующий и знающий политическую конъюнктуру), посчитал нужным следующим образом сформулировать свой вопрос: «Возвращаясь к теме проблем в экономике. Многие связывают эти трудности с западными санкциями. Кстати, сегодня Евросоюз их вновь продлевает. И иногда звучат призывы со всеми помириться. Вот если представить, что Россия выполнила вообще все требования Запада, со всем согласилась. Это что-то даст нашей экономике?»

На этот вопрос он получил ответ, состоящий из четырех весьма примечательных пунктов. Во-первых, Россия ни с кем не ссорилась. Во-вторых, санкции не угрожают российской экономике. В-третьих, они способствуют импортозамещению, которое становится важным двигателем экономического развития.

В-четвертых, даже если бы Россия выполнила все требования Запада, американские и европейские политики все равно нашли бы предлог для введения санкций, главная цель которых заключается в сдерживании России.

На первый взгляд, это практически дословно повторяет то, что российский президент говорил в 2014—2015 гг.

Но есть одно существенное различие. Оно заключается в той форме, в которой излагаются теперь эти мысли. Раньше власть решительно утверждала. Теперь она развеивает сомнения и терпеливо разъясняет правильность избранного курса.

Вот, что, к примеру, сказал Путин о возможности отказа от своих прежних требований: «Если мы полностью сдадимся и наплюем на свои национальные, фундаментальные интересы, будут ли какие-то изменения? Может быть, какие-то внешние сигналы будут, но кардинально ничего не изменится».

Здесь важно само упоминание гипотетической возможности «сдаться и наплевать», которая, правда, тут же отвергается. Теоретически это возможно, но абсолютно бесполезно даже по прагматическим соображениям.

То, что российский лидер отказался от прежнего решительного тона, объясняется главным образом изменением общественных настроений. Социсследования показывают, что российские граждане утрачивают интерес к внешнеполитическим вопросам и считают, что власть уделяет им слишком много внимания. При этом все больше граждан России отказываются рассматривать Украину как враждебное государство.

Однако было бы ошибкой полагать, что это увеличивает шансы на быстрое мирное урегулирование донбасского конфликта. Если позиция российского общества изменились, то приоритеты политического руководства остались прежними. Российская власть сегодня, как и пять лет назад, опасается, что может утратить господствующее положение на постсоветском пространстве, если согласиться на проведение Украиной курса на дальнейшее сближение с ЕС и НАТО. Украину в таком случае смогут использовать как США и Германия, так и региональные игроки (прежде всего Польша и Турция) для усиления своего присутствия на территории, которая рассматривается Россией как сфера ее жизненных интересов. Если Москва откажется от возможности как-то сдерживать и корректировать прозападные устремления украинского руководства (а именно это и призван гарантировать особый статус Донбасса) и при этом восстановит прежние отношения с Киевом, то российское влияние на постсоветском пространстве будет подорвано. Станет понятно, что на требования России, противоречащие позиции США и ЕС можно не обращать внимания, поскольку Запад все равно сумеет настоять на своем.

Российская власть сможет отказаться от своего нынешнего курса в отношении Украины только в том случае, если будет хотя бы заявлено о том, что евроатлантическая интеграция Украины будет осуществляться с учетом российских интересов.

Но США и Германия, во многом определяющие позицию западного сообщества в отношении России, не собираются укреплять геополитическое положение РФ. При этом Берлин и (в особенности) Вашингтон никуда не торопятся. Сегодня (в отличие от 2014 г.) донбасский конфликт больше не угрожает ни европейской безопасности, ни украинской государственности. Очевидно, что вероятность существенной эскалации вооруженных действий сегодня является относительно низкой. Соответственно, ЕС может не опасаться наплыва украинских беженцев или втягивания в конфликт ближайших соседей Украины. А радикальные политические силы, которые могли бы под предлогом борьбы с российской «пятой колонной» осуществить в Киеве государственный переворот, либо нейтрализованы, либо интегрированы на вторых ролях в украинский политический процесс.

Т. о. сегодня нет инструментов, которые Россия могла бы использовать для того, чтобы заставить США и ЕС пойти на уступки в «украинском вопросе». Однако Кремль не без оснований надеется, что такие средства у него со временем появятся, например, в результате роста противоречий между ЕС и США или вследствие возникновения угрозы резкого усиления китайского влияния в Восточной Европе. Так что государственное руководство России в целом устраивает нынешняя ситуация. Т. о. донбасский конфликт может и дальше сохраняться в «подмороженном» состоянии.

Между тем российские граждане все больше выступают за восстановление отношений с Украиной, и им представляется, что с новым украинским президентом Россия могла бы договориться. Не случайно среди вопросов по украинской тематике во время прямой линии были и такие: «Помиримся ли мы с Украиной? Будем ли восстанавливать хорошие отношения с Украиной?» Гражданам продемонстрировали, что подобная позиция известна власти. И Путин не стал опровергать ее лично. Однако был показан сюжет о семье Люльковичей, бежавшей из Донецкой обл. в Республику Татарстан. Дети показали осколки снаряда, разорвавшего в 2014 г. над их школой. Глава семьи попросил предоставить возможность получить российское гражданство проживающим в России беженцам с той части Донбасса, которая осталась в составе Украины.

Главный сигнал этого сюжета прост и понятен. Ситуация в Донбассе остается такой же, как в 2014 г., и Россия будет и дальше защищать тех, кто обращается к ней за помощью.

Сразу после сюжета о семье Люльковичей был задан вопрос о перспективах российско-украинского диалога. Показательно, что он вновь был сформулирован в виде скрытого призыва к изменению нынешнего российского курса: «Вот вы не общаетесь с Зеленским. Но вы поймите, ему же трудно. Он же молодой, необученный. Сделайте первый шаг».

Путин ответил, что делать какие-то шаги навстречу новому украинскому президенту не имеет смысла, поскольку тот отказывается от прямых переговоров с руководителями «ЛНР» и «ДНР» (а без этого, как подчеркнул глава России, конфликт остановить не удастся), позволяет ВСУ обстреливать мирных жителей Донбасса, продолжает экономическую блокаду самопровозглашенных республик, хотя во время избирательной кампании обещал ее снять.

Кремль, и это очевидно, согласился бы обсуждать с украинской властью вопросы мирного урегулирования при условии признания руководства самопровозглашенных ЛНР и ДНР в качестве самостоятельного политического субъекта. Ибо это надежный способ гарантировать этим образованиям особый статус в составе Украины. Российское руководство неоднократно подчеркивает, что нынешний глава Украины продолжает политику Порошенко, а потому с ним нельзя вести переговоры.

Эта мысль повторяется во всех информационно-аналитических программах, посвященных украинской тематике на главных телеканалах. И новые свидетельства враждебности украинской стороны могут появиться после парламентских выборов. Если Владимир Зеленский не получит большинства в парламенте, то ему нужно будет добиться формирования коалиции, в которой ему было бы обеспечено господствующее положение. При этом из числа возможных партнеров президентской партии нужно сразу исключить «Оппозиционную платформу — За жизнь», союз с которой лишит СН поддержки значительной части избирателей запада и центра Украины.

«Оппозиционная платформа — За жизнь», как показал Форум мира, который эта партия провела в Краматорске 21 июня, собирается сделать своим главным требованием скорейший переход к мирному урегулированию. Соответственно, президент будет дистанцироваться от этого лозунга и разъяснять, почему его нельзя воплотить без ущерба национальным интересам Украины.

Наиболее вероятными партнерами партии президента в ВР являются «Батькивщина» Юлии Тимошенко и «Сила и честь» Игоря Смешко, которая, впрочем, может и не попасть в парламент. Союз «Слуги народа» Зеленского и «Голоса» Вакарчука теоретически возможен, но невыгоден ни одному из участников. Т. о. в составе парламентской коалиции, помимо президентской партии, скорее всего, окажутся политические силы, для которых скорейшее урегулирование донбасского конфликта не является безусловным приоритетом. Кроме того, в составе как «Батькившины», так и «Силы и чести» есть политики, которых можно без труда спровоцировать на антироссийские заявления и призывы. В таком случае Кремль не преминет использовать это в качестве лишнего доказательства обоснованности и справедливости своего курса.

То, что российские власти умеют с пользой для себя реагировать на подобные события, говорит позиция Москвы в отношении протестных выступлений в Грузии. Россия отменила авиационное сообщение с этой страной, лишив грузинские курорты российских туристов, составлявших примерно треть от общего числа отдыхающих. Т. о. не только нанесен удар по грузинской экономике, но и подчеркнуто, что восстановление связей с Грузией опасно.

Очевидно, что украинская ситуация может привести к аналогичным действиям.

Между тем политическое будущее украинского президента напрямую зависит от того, удастся ли ему восстановить мир на востоке.

Сломить упорство, с которым российская власть настаивает на своих требованиях, ему не удастся.

Принять их он не может по внутриполитическим обстоятельствам: не только его противники, но и те политические силы, которые ныне являются тактическими союзниками, заблокируют какие бы то ни было попытки главы государства гарантировать Донбассу особый статус.

Поэтому противопоставить российскому упорству Зеленский может только свою добрую волю. Сейчас для этого сложился чрезвычайно благоприятный момент, поскольку в российском обществе усиливаются настроения в пользу восстановления российско-украинских связей. Но если не перевести это в плоскость практической политики, то рано или поздно у Москвы появится повод, который позволит оправдать нежелание выстраивать добрососедские отношения с Украиной до тех пор, пока она не вернулась в сферу российского влияния.

Владимир Зеленский должен предложить собственный план мирного урегулирования, учитывающий интересы и опасения простых жителей Донбасса, напрямую обратиться к российской общественности и в одностороннем порядке объявить мораторий на ведение огня.

Разумеется, для этого требуется политическое мужество.

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

загрузка...
Loading...

Загрузка...

Стенограмма апрельской беседы президентов Трампа и...

Что же интересного в беседе президентов? В ответ хочется процитировать репортера...

Развесистая клюква демократов об Украине

Размывание временных рамок содействует продвижению теории о том, что Украина...

Саша БОРОВИК: «Дигитализация глупости – занятие...

В Африке есть много бедных и не особо привлекательных государств, где уровень...

Конгресс США дал старт публичным слушаниям по...

Первыми свидетелями стали Уильям Тейлор, временный поверенный в делах США в Украине, и...

Путь к миру труден не только в Донбассе

Слабо организованное выступление народа в Эквадоре принудило власть пойти на...

Фиона Хилл о летальных вооружениях, почти утраченном...

Санкции, введенные против РФ, бьют не столько по ней, сколько по европейским...

Загрузка...

Прогноз неочевидного ускорения

Вместо экономического роста реформаторы могут получить долгосрочное сокращение...

Реформенный зуд

Продолжающаяся деиндустриализация свидетельствует о неспособности МОН выполнять...

В испытательный полигон превратили гражданскую войну...

Восточная Украина — самый важный плацдарм транснационального движения «борьбы...

Земля как последний форпост

Создание президентом Зеленским рынка земли в условиях плачевного состояния экономики...

Не разжигать пожар

Хрупкий мир в Украине может быть нарушен даже непреднамеренным вмешательством извне

Украина на втором месте в мире по числу жертв...

Жить в современной Украине, во всяком случае, судя по данным SIPRI и GICHD, гораздо опаснее,...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Loading...
Получить ссылку для клиента

Авторские колонки

Блоги

Idealmedia
Загрузка...
Ошибка