О червячках, околовластье и комфорте

№6(972) 11 – 17 февраля 13 Февраля 2021

Валерий Жидков: «Я могу и умею создавать телевизионный продукт, который поднимает людям настроение, а не делает из них сволочей»

Валерий Жидков родом из Тамбова. Вдохновленный земляками — командой КВН «Тамбовские Волки», пошел в университетскую команду КВН — ту, что создавалась заново, когда знаменитые «Тамбовские Волки» окончили учебу и перестали представлять вуз.

Валерий рассказывает, что создавать новую команду они начали с нуля, на голом энтузиазме, поскольку «понятия вообще не имели о том, что такое сцена, эстрада и юмор».

Творческая жизнь Валерия с этого и началась, году в 1993-м. В свое время зарабатывал на жизнь оперуполномоченным. Проработал в милиции два года — в то время в Тамбове никто, кроме бюджетников, и не зарабатывал. Позднее Валерий вспоминал: «Жил на зарплату — я не тот человек, который может брать откаты».

— Валерий, ты 12 лет играл в КВН. Чем ты еще занимался, чтобы зарабатывать на жизнь?

— В те удивительные времена мы как-то обходились без того, чтобы зарабатывать на жизнь. Я не знаю, где мы брали еду и все остальное, но нам тогда ничего особо и не требовалось. Ходили друг к другу в гости периодически. В то время было не стыдно студенту жить у родителей. Правда, я у родителей не жил.

После окончания института — армия. Пришел из армии, и вот тут надо было как-то зарабатывать. Так и появилась милиция — как логичный и всем понятный образ жизни: очередь на квартиру, социальные гарантии, перспективы, звездочки... Меня хватило на два года такой жизни: творчество звало обратно, и я уволился.

— У тебя комплексы были какие-то?

— Были, конечно! Думал: будь я чуть пониже ростом и более коренастым, у меня была бы правильная осанка, и мне бы все в этой жизни давалось легче. Мне казалось, что рост (1 м 94 см — в троллейбусе я помещался, в маршрутке — нет) мне мешает. Собственно, в любом возрасте свои проблемы. В студенческие годы, на этапе становления, поиска личной жизни, тебе кажется, что тебе чего-то не хватает.

В 90-е появились первые студенты, которые приезжали в институт на авто. Сейчас в Киеве это в порядке вещей, а тогда у нас всего-то два-три преподавателя парковались на большой площади перед институтом. И пару студентов появились. Это тогда был нонсенс.

Но желание проявить себя, не имея финансовых возможностей, привлечь к себе внимание, найти свой круг общения — это было. Оно и привело меня в КВН: я попытался проявить себя в творчестве — хотелось внимания единомышленников.

В течение нескольких лет мы были дружной командой, главная цель — и общая, и каждого из нас — реализовать творческие задачи.

— Как ты из Тамбова попал в «Квартал 95»?

— В Киев я впервые приехал в 1999 г. У нас была хорошая команда. Но она была совершенно не готова — юридически, финансово, организационно — к серьезным испытаниям высшей лиги КВН. Поэтому нас все любили, но... Гарантировать, что мы приедем в Москву с хорошим материалом, вовремя расселимся, сможем оплатить все расходы, которые с этим связаны, мы не могли. Наши обещания звучали робко и неоднозначно. Мы каждый раз по копейке собирали на поездку. Отсутствие организационного звена делало нашу команду, любимую в тусовке, совершенно неудобной в общем процессе. Поэтому мы ездили по всем лигам, кроме высшей.

Киевская лига — Открытая украинская лига — начиналась в 1999 г. А нас всегда посылали на открытие новой лиги: вот, мол, эти ребята — уже как бы кирпичик в фундамент. Мы очень хорошо тогда выступили в Киеве. Играли против «95-го квартала». Здесь же мы подружились. А когда наша команда прекратила свое существование, ребята из «Квартала» нас со Степаном позвали: «Не хотите ли продолжить?» Мы продолжили. Сначала в Москве отыграли. А когда закончился КВН в Москве, приехали в Киев.

— Кто в то время финансировал «Квартал»?

— Никто. Иногда находились спонсоры, которые на отдельных этапах помогали, участвовали. Но я боюсь что-то напутать — я всегда был далек от организационных дел. Оставались какие-то еще криворожские связи, знакомые. Однако чтобы кто-то спонсировал от начала и до конца, я такого не припомню.

— Чем ты сейчас в «Квартале» занимаешься?

— Уже в течение трех лет работаю с «Женским кварталом»: участвовал в разработке этого проекта и продолжаю им заниматься. Плюс параллельно занимаюсь своими «Гуд найт шоу» и др., но это наше совместное с «Кварталом» производство.

— С Владимиром Зеленским у тебя какие отношения сейчас и какими они были раньше?

— Сейчас я не лезу. Я к нему очень хорошо отношусь. Считаю его глубоко порядочным человеком, который отвечает за свои слова. Я это говорю по опыту своего 15-летнего знакомства и общения с ним.

— Вы были друзьями или просто вместе работали?

— «Квартал» — это команда, в которой были распределены обязанности, исходя из рамок существования бизнеса и всего остального. Зеленский был для меня начальником. Но, выходя из кабинета, он становился одним из нас, творческих людей, мы вместе создавали какие-то вещи. На творческой территории мы с ним имели равное право голоса.

Мы дружили за пределами кабинета начальника. Когда надо было руководить, он брал на себя ответственность. Он смог построить этот бизнес как менеджер, как руководитель, как лидер.

Команда прошла сложный эволюционный путь. Я по Тамбову могу судить: за каких-то четыре года у нас через команду прошло около двухсот человек, из которых сформировался костяк из семи.

Думаю, костяк «Квартала» формировался примерно таким же эволюционным путем. И основные семь-восемь человек, они действительно притерлись друг к другу максимальным количеством граней и смогли взаимодействовать, творить.

Преуменьшать успех в шоу-бизнесе «Квартала» совершенно глупо, хотя этим сейчас стало модно заниматься. Это первое мощное, масштабное производство — первый продакшн в Украине, по крайней мере в развлекательном направлении. Кроме того, первый самостоятельный продакшн. Скажем, сериалы, фильмы все были совместными, российско-украинскими, и, как правило, большая часть производства — творческого и финансового — была российской.

Студия «Квартал 95» стала по сути первым украинским гигантом по производству контента для телевидения. Кроме того, у нас были крупные (с огромными бюджетами) корпоративные мероприятия, которые мы сдавали «под ключ».

Я с большим сарказмом слушаю сейчас выпады в адрес «Квартала». А ведь все создавалось практически с нуля.

Я приехал в Киев с 50 долларами в кошельке, и у меня их украли в первый же день — вместе с кошельком. Жизнь с чистого листа. Мы снимали одну квартиру на четверых. Моя жена тогда осталась в Тамбове.

— Сцены ревности случались?

— Как-то мы редко виделись. Может, они и были, но меня на них не звали. Меня от них уберегли. Спустя полтора года я смог снять квартиру и привезти сюда семью.

— Как изменилось отношение Владимира Зеленского с его вступлением в президентскую должность?

— Я не знаю, как с ним общаются коллеги из «Квартала». Конкретно я определил для себя (даже озвучил это в программе «Демократия», которую вел сразу после выборов): единственное, чем я могу помочь Зеленскому, это не отвлекать его от работы своими звонками. И не заниматься «решением вопросов» множества из ниоткуда появившихся знакомых.

— Некоторые из «Квартала» все же стали «решать вопросы».

— Те, кто пошел в политику, они сделали свой выбор.

Виделись мы с Владимиром за прошедшие полтора года раза три, наверное. Как-то на «Квартале» он был, потом пересекались в Одессе, один раз на дне рождения виделись, осенью.

— Повлияла ли на него в негативном плане должность — внешне и внутренне?

— Я не был у него в рабочем кабинете. А та встреча была организована как раз с той целью, чтобы побывать в атмосфере, в которой он находился до выборов. Никто ни слова не сказал о работе, о политике. Мы просто сидели за столом и хохотали.

Владимир, наверное, максимум сделал для того, чтобы вернуться обратно и побыть собой. Для того и нужны друзья — чтобы почувствовать себя в той обстановке, в которой ты вырос.

— У кого в «Квартале» появилась корона, после того как партия «Слуга народа» пришла к власти?

— Не знаю. Не сталкивался с подобными проявлениями. Я не езжу с ними в туры, поэтому не наблюдаю за их поведением. А со мной они общаются точно так же, как раньше. Так что у меня нет инструментария, чтобы обнаружить корону.

— Много нелестных отзывов появилось о Юзике, его некорректном поведении. Это в команде проявляется?

— Я его не вижу. Юрий (Корявченков. — Е. К.) занимается политикой. А политика — изначально грязная штука. И это другая история. Артиста любят все, политика — все не любят.

Говорят, он занимается непопулярными и странными вещами. Общается со странными людьми. С околовластьем. А это весьма неоднозначный конгломерат. Везде, где есть деньги, есть мутняк. Так построено наше общество, к сожалению. И оно не хочет меняться.

Для меня в этом плане самый яркий момент — это когда все требуют борьбы с коррупцией, но при этом боритесь, мол, с чужой коррупцией, а мою оставьте.

Приведу пример. Еду в поезде в Одессу на концерт. Это было еще в прошлом году до карантина. Вагон убитейший, грязный, невозможно дышать. Проводница говорит: «Передайте вашему Вове, что хуже стало». Подобная фамильярность меня всегда веселит. Интересуюсь: «А в чем хуже стало у вас? Как Вова повлиял на запах в вашем вагоне?» — «Мы раньше на Москву ездили. Могли передачи туда-сюда возить. А сейчас нас пустили на Одессу, и стало хуже».

Ну как общаться с такими людьми? Вы занимались по сути контрабандой, а сейчас вас поставили на другой рейс, и оказалось, наступила эпоха несправедливости в вашей жизни?! И при этом требуют борьбы с коррупцией.

Я никого не пытаюсь защищать сейчас. У меня на это нет ни времени, ни желания. Я с таким удовольствием перестал быть ведущим программы «ЧистоNEWS»!

— Кстати, почему?

— Во-первых, не могу настолько свободно говорить на украинском языке, чтобы правильно выражать свои мысли. Во-вторых, реально устал — эта работа выматывает. К тому же я был не только ведущим, но и одним из редакторов.

— В СМИ пишут, что ты ушел, потому что тебя обвинили — ты, мол, предоставлял недостоверные новости...

— Во-первых, «ЧистоNEWS» не новостная программа. Она дает свою оценку новостей, которые представлены в СМИ, у нас нет своих журналистов. «Новости» в «ЧистоNEWS» — это реакция, пародия на новости, попытка пошутить над теми новостями, которые обнародованы ранее.

Во-вторых, я устал от негатива, который в новостной ленте с утра до ночи нужно через себя пропускать. Когда ты ведешь такую ежедневную передачу, жизнь пролетает мимо — ты в замке этого цикла. К тому же новостная программа — это мыльные пузыри, они улетают, от них ничего не остается. Ты не можешь создать какое-то произведение, которое можно перечитать. И вдруг понимаешь, что ты полгода просто в небо выпустил...

А тут появился «Женский квартал» — то, куда хочется вкладывать мысли и идеи, появилось мое «Гуд найт шоу», и для меня эта площадка творчески важнее, чем «ЧистоNEWS». Здесь я мысли формулирую сам и сам за них несу полную ответственность, мне не надо подстраиваться под какие-то новости.

Для меня работа в «ЧистоNEWS» была бессмысленна, беспощадна.

— Ты упомянул о поезде Киев—Москва. Как ты относишься к прекращению рейсов, в т. ч. авиасообщения? Считаешь ли ты правильным возобновить их?

— Все запретительные шаги, как правило, зеркальные. Говорить, что конфликта нет, — глупость полнейшая.

У меня мама в России, мне хочется к ней приехать. И было бы здорово, если б было как прежде. Но я понимаю: для того, чтобы стало, как тогда, должно быть предпринято много шагов, с которыми не все согласятся.

— Ты обращался с этим вопросом к кому-то из власти? Многих ведь знаешь.

— Нет. Я же человек разумный — сам себе могу ответить на этот вопрос. Зачем задавать его еще кому-то!

— Кто сейчас главный в «Квартале»?

— Если мы говорим о структуре, то главный Борис Шефир. Он выполняет обязанности генерального продюсера, генерального директора фирмы. Внутри разных подразделений своя иерархия. Впрочем, я не сотрудник «Квартала». Я человек, который работает редактором на «Женском квартале» и продюсером «Женского квартала». «Женский квартал» мы создаем вместе с «Кварталом 95». Также вместе снимаем «Гуд найт шоу»: с меня творческая часть, «Квартал» предоставляет техническую часть и реализацию проекта, плюс «Квартал» является собственником визуального произведения, я — собственником сценария.

— Ты не пошел в политику, по всей вероятности, потому, что понимал: пахнет жареным — не хватает профессиональной команды?

— Мне это неинтересно. Я не для того уходил из милиции, чтобы вернуться обратно в госструктуру. Мне там некомфортно было: я шел на работу, как на пытку. Я уже сделал свой выбор в жизни. Зачем же мне заходить на второй круг, возвращаться к тем эмоциям, от которых я убежал двадцать лет назад! Я хочу видеть лица людей, которые меня слушают, я хочу видеть их реакцию на мои слова, и если эта реакция позитивная, то я молодец. Мне этого достаточно для моих ощущений.

Я могу и умею создавать телевизионный продукт, который поднимает людям настроение, а не делает из них сволочей.

Есть телевизионный продукт, который делает людей злыми — специально, осознанно, основательно, и с каждой программой они этот градус увеличивают. Нет, я не за это! Я за то, чтобы люди были спокойнее и чуть-чуть задумывались над своими поступками, чуть глубже анализировали причины и следствия чужих поступков. Это все, к чему я призываю. Я выбрал юмор. Через юмор я умею это делать. У меня это получается.

— Программа «Демократия» была создана сразу после выборов для того, чтобы «Квартал» мог сработать на упреждение, предугадав какие-то ошибки власти, выбив т.о. козыри у других?

— Не было глобальной цели при создании этой программы. Ее создал я, причем в условиях, когда половина конторы ушла. Четыре дня в неделю выходила «ЧистоNEWS». Я предложил, чтобы один из этих дней отдали мне под новую форму. Вышло четыре передачи, и у нас закончился сезон «ЧистоNEWS», эфиров не было, договор с каналом запланирован не был. А когда осенью встал вопрос, возобновлять ли «Демократию», я отказался — слишком трудоемкий процесс, который требует постоянного погружения. А мне хотелось заниматься творчеством.

— Если спросить не Валерия Жидкова — знакомого, товарища Владимира Зеленского, а просто Валерия Жидкова, диванного критика, который смотрит телевизор и живет в Украине, то кто самое слабое звено в Зе-команде?

— Не знаю, не интересуюсь. Даже не знаю, из чего эта команда состоит и чем она занимается.

— Как ты встретил и пережил первый карантин в связи с COVID--19?

— В какой-то панике. Было что-то новое, ощущение чего-то непонятного, и страха, и тревоги, и была вера, что через три месяца все это закончится и вернется на прежние рельсы. Все в такой ситуации оказались. Пытался поначалу прямые эфиры на YouTube вести, в Instagram. Потом все надоело.

— «Крышу» начинало срывать?

— Конечно! Когда ты полностью меняешь темп жизни, то, само собой, испытываешь дискомфорт. Правда, первые недели две получал полнейшее удовольствие, потому что мы с детьми с утра до ночи. Мы соскучились друг по другу. Мое появление дома в докарантинные годы было всегда крайне редким явлением. Да и появлялся я изможденным, уставшим. Здесь мы провели замечательное время. А потом стало тяжело — и психологически, и финансово, и все коробочки-заначки постепенно таяли без концертов, без съемок. Оно ниоткуда не берется само. Надо что-то делать. А делать невозможно. Все это потихонечку подгоняло к какому-то депресняку.

— Твоя жена концертный директор. Как тебе работается с ней?

— Концертный директор в год, когда не было концертов, это тоже очень сложно.

Те этапы, когда муж с женой срываются друг на друге, мы причесали в себе еще в студенческие годы. Эмоциональных конфликтов практически не бывает. Так, мелкие бои местного значения, которые не имеют никаких стратегических последствий.

— На работе вместе, дома вместе. Т. о. работа переходит домой?

— Так или иначе, конечно. А что касается гастролей, то для нас это отдых, мы можем побыть спокойно вдвоем, нас никто не подгоняет. Во-вторых, если концерт организован хорошо, то нюансы, которые могут привести к всплескам эмоций, практически сведены к нулю, поэтому мы, наоборот, отдыхаем в спокойной обстановке. Именно вместе комфортно. Детей оставляем с бабушкой. У нас есть бабушка профессиональная. Сказала, что будет жить с нами, и чтоб никаких нянь. Для двоих наших дочерей она самая любимая бабушка. Да и она уделяет им все свое время.

— Вы живете в доме или в квартире?

— Мы живем сейчас на даче. Уехали из города весной в надежде, что карантин скоро закончится. Теперь у нас первый опыт жить в доме. А он у нас не сильно приспособлен к зиме. Жить на даче зимой — это тоже подвиг.

— Ты совсем недавно сел за руль. Раньше не хотел водить?

— Во-первых, у меня не было возможности купить автомобиль. Надо было с жильем определиться, с чем-то еще.

Я водил машину, когда работал в милиции. Работал в областном отделе и часто ездил в командировки. Когда ты приезжаешь в какой-то райотдел и тебе надо допросить человека, живущего в селе, а тут все милиционеры заняты, тебе говорят — бери уазик и езжай. Навигаторов не было. На уазике по полевым дорогам я и ездил. Но прав у меня не было: т. е. я нарушал закон для того, чтобы закон восторжествовал.

— Какую машину купил себе первую?

— Первую машину купила себе жена. Она раньше меня отходила на курсы, сдала на права. Взяли «Ниссан Кашкай» — как раз была акция. Хотели взять бэушную машину, но жена переубедила. Это было семь лет назад.

— На чем ты сейчас ездишь?

— «Фольксваген Туарег», дизель. Дорожу экологией как могу.

— Ты производишь впечатление сдержанного человека с интеллектуальным юмором. Дома ты экспрессивный?

— Я вообще человек, который не способен ярко выражать эмоции. Если повышаю голос, то совсем чуть-чуть. Малейшее повышение голоса из моих уст, и люди, которые меня знают, понимают — это сигнал тревоги. Я не уйду в истерику — у меня, наверное, нет «истеричных механизмов» в организме. Я даже гнев выражаю спокойно.

— Уровень стендапа в Украине, по твоему мнению, какой?

— Считаю, что для его становления должно пройти время. Первый этап в любом творчестве — подражательство. К примеру, так было с российским стендапом: с момента его появления прошло уже около десяти лет, и наконец-то стали появляться люди с собственными задумками, а не с отстрелом Запада.

Для многих стендап — просто нужно-де иногда произнести матерное слово, и ты автоматически станешь стендапером на сцене. Но сейчас на российской стендап-сцене появляются люди, которые формулируют мысль. Это то, из-за чего стендап стал популярен в Америке. Он стал популярным не из-за матерных слов, а потому, что среди стендаперов иногда попадаются умные люди.

— Есть ли стендап-комик, за которым ты следишь и которым ты восторгаешься?

— Я смотрю западных. У них нет необходимости, наверное, засыпать все огромным количеством материала — они достаточно скрупулезно готовят каждый концерт. Обычно сольники у хороших комиков выходят не чаще, чем раз в два года. Мне нравится Джим Джеффрис. К сожалению, ушел из жизни Джордж Карлин, но я с удовольствием пересматриваю какие-то его вещи. Билл Бёрр очень интересен. Я и Луи Си Кея могу послушать, несмотря на его хулиганство: под этим прячутся интересные мысли. Дэйва Шапелла, чернокожего комика. Дилан Моран, ирландец, нравится своей позитивностью, легкостью. Смотрю в переводе — я не настолько хорошо знаю английский. Есть ребята, которые здорово переводят. Ловлю себя на мысли, что я в своем «Гуд найте» их копирую, сознательно или несознательно. Копирую в плане подхода к чему-то, угла зрения. Но, с другой стороны, смысл их работы и моей работы в том, чтобы убедить людей думать иначе. И то, что они меня направили, они выполнили свою работу. Я перед собой в этом плане честен абсолютно. Шутки я не ворую. Чужие шутки могут только заразить меня мыслью, заставить обратить внимание на что-то.

— Впервые как стендап-комик ты вышел в 2007 г. Как долго ты тогда готовился?

— Это было либо выступление в «Квартале», либо «Бойцовский клуб». Это был не стендап, а эстрадное выступление: условно — наследие Жванецкого—Задорнова—Альтова—кого-то еще. Т. е. это далеко от стендапа. Первый раз я попробовал, что такое стендап, в 2012, 2014 гг.

— Как долго ты готовился тогда и как долго готовишься сейчас?

— Это всегда долго, если мы говорим о написании сценария. В этом году написано около трех часов материала. Это очень много. При всей «усушке» у меня каждый год получается полуторачасовой хороший, крепкий новый концерт.

Два концерта, которые я откатал, в основном состояли из эстрадных номеров. Я их уже не гастролирую — мне самому неинтересно. Первый полноценный стендап-концерт под названием «Гуд найт шоу» я показал уже во всех областных центрах. Второй сольный, который называется «Когда я стану диктатором», я успел показать только в Одессе и в Киеве, а потом начался карантин. У меня подготовлены еще два концерта, которые не показаны вообще нигде. Но надеемся, что вирус победим либо придумаем формат, в котором этим можно делиться с людьми.

— На запись «Гуд найт шоу» вы продавали билеты?

— Мы не стали рисковать, потому что правила игры меняются постоянно. Так, на «Женский квартал» во дворец «Украина» на 12 апреля были проданы все билеты. Кто-то затем сдавал билеты, кто-то ждал. Мы затем отыграли спектакль — с безопасной рассадкой через одного — в Октябрьском дворце.

— Были шутки, за которые приходилось извиняться?

— Конечно, были. Но если человек адекватный, то проблему решали быстро и по-доброму.

— Сильно неадекватные попадались?

— Да я про сильно неадекватных и не шучу. Они же шутки не очень понимают — у них свои критерии. А мне неинтересно подшучивать над теми, кто, скажем так, неизменим. Они есть — ну и ладно, но если есть возможность, с ними не надо пересекаться, пусть идут по своим рельсам, пока не упрутся в финал.

Я шучу для тех и о тех, кого можно изменить.

— Сколько стоит позвать Валерия Жидкова на корпоратив?

— Каждый корпоратив — это отдельная история. До карантина было так: чтобы корпоратив запомнился с хорошей стороны, то от трех тысяч долларов.

— А если с плохой?

— С плохой можно за десять. Но эти цены сегодня уже как воспоминания. И само понятие корпоратива как такового — тоже, наверное, воспоминание. Очевидно, этот жанр отомрет: после карантина люди все переоценили, к тому же ленивее стали. Не думаю, что со снятием ограничений все побегут в театры или в концертные залы.

— Но люди хотят общаться!

— Желание есть. Но поднять свою, извините, попу с каждым месяцем карантина и с каждым месяцем бесплатного просмотра становится все проблематичнее. Рано или поздно человек сталкивается с дилеммой: посмотреть в свободные полтора часа хороший фильм дома либо пойти куда-то — купить билеты, замерзнуть, увидеть непонятно что и вернуться назад.

Нынешние обстоятельства съедают рынок шоу-бизнеса, эстрады. У публики исчезает потребность в театрах, спектаклях, других формах шоу.

— Винник же концерты устраивал.

— Винник пытался устроить виртуальный концерт с эффектом присутствия. И проблема не в том, что они плохо что-то сделали, — просто аудитория Олега Винника чуть-чуть переросла подобный формат, т. о. возникла дополнительная проблема для зрителей. А зрителям создавать проблемы нельзя. Зритель хочет с момента выхода из дома до момента своего возвращения получать только положительные эмоции.

— «Гуд найт шоу» создавалось как проект для продажи на какой-то телеканал? Или ты хотел его через YouTube продвигать?

— Через YouTube — это история не в нашей стране. Отбивать затраты ютюбовскими деньгами за счет просмотров можно только на то, что дешево в производстве: затраты семь копеек на съемку и потом просмотров несколько миллионов. Это, если конкретно, детское видео, «мы распаковываем киндер-сюрприз».

Но в этом сегменте очень высокая конкуренция — сливки сняли те, кто первым до этого додумался.

— А если ты добавишь туда сатиру?

— А кто ее оценит? Родители же это не смотрят. Смотреть на YouTube — это удобно. Зарабатывать на этом деньги — бессмысленное занятие. Пока это нерентабельно.

— И все-таки: для чего ты создавал «Гуд найт шоу»?

— Конкретно для того, чтобы показать, что такое Валерий Жидков на сцене, когда он один.

Идея «Гуд найт» была озвучена на канале «1+1», с которым у «Квартала» свои отношения. Т. е. продукт, который производится «Кварталом», сначала предлагается «Плюсам». Если они не берут, это идет на другие каналы. При этом есть сотрудничество с «Новым каналом» и пр. До 2020 г. такие правила действовали достаточно долго.

— Во время карантина показывать на канале стендап-монологи — это может хорошо работать.

— Я не говорю, что это плохо. Но я-то что буду иметь?

— Рекламные контракты.

— К сожалению, круг людей, которые сейчас располагают бюджетом на рекламу, невероятно сузился. Мне кажется, что и рекламный рынок, сама форма подачи рекламы (т.е. рекламные ролики, интеграция их в телепроекты) потихоньку отходит. Во время карантина пострадали не только мы с тобой, но и множество бизнесменов — целые направления остановились, а то и умерли (как, к примеру, туристический бизнес). Количество людей, готовых тратить деньги на рекламу, уменьшилось катастрофически. Сегодня невероятно трудно найти спонсора, тогда как раньше они буквально толпились, конкурировали между собой. К тому же количество контента в интернете в сотни раз превосходит все мыслимые потребности зрителей.

— Самый безбашенный твой поступок в жизни.

— Мне сложно это оценивать. Я уйду от ответа.

— Есть глобальная цель, к которой ты идешь?

— У меня нет четкого, как у самурая, пути следования. Моя цель — на каждом этапе получать удовольствие от собственного развития, от развития окружающих людей. Чтобы каждый день ставить какие-то планочки — хотя бы на миллиметр выше вчерашних — и перешагивать их. Наверное, это моя цель — пройти такой путь и не соскучиться, не устать.

— Пока соскучиться не получается?

— Есть какой-то червячок творческий, который заставляет преодолевать себя. И есть какой-то другой, рациональный, и он говорит: «Да не надо, спустись до уровня всех. Куда ты лезешь со своим стендапом, кого хочешь удивить, перепрыгнуть!» Но вот этот, маленький, благодаря которому я бесплатно занимался КВН, он у меня до сих пор жив, и он до сих пор приносит то удовольствие, которое я получаю, занимаясь творчеством и делясь этим с людьми. Он до сих пор в моем мозгу, первым. А все финансовые и прочие моменты — они находятся на гораздо более низких уровнях. И я не разменяю этого червячка на десяток тех, что пожирнее.

Блиц

— Машина или велосипед?

— Машина.

— Голова или шея?

— Если болит, то шея. Если по важности, то голова.

— Пройти или проехать?

— Наверное, уже проехать. Ходить мало хочу.

— Кудряшки или прямые волосы?

— Я на любые готов — только бы не расставаться с ними.

— Мальчик или девочка?

— У меня девчонки. Если скажу мальчик, жена заподозрит.

— Любимое блюдо?

— Жареная картошка.

— Место для отдыха?

— Кровать.

— Главное блюдо в Новый год?

— Оливье однозначно — не буду оригинальным. Зачем выбивать последнего кита из-под плоской Земли!

— Деньги или известность?

— Известность. Но, опять же, не просто известность, а мнение определенного круга людей. Хорошее мнение обо мне тех, к кому я отношусь хорошо.

Евгений КРЮЧКОВ

См. видео по ссылке

https://www.youtube.com/watch?v=6W_2ZZa4onk

Уважаемые читатели, PDF-версию статьи можно скачать здесь...

Кистью и шпагой

60 лет назад в прокат вышел фильм французского режиссера Бернара Бордери «Три...

Несколько слов о живописце Валерии Орле

В наши нелегкие времена, когда ковид существенно мешает проведению любого культурного...

Десять дней одного года

Ученые первыми заговорили о необходимости демократических гарантий от произвола....

Интервью Раисы Орловой с Наумом Коржавиным

Наум Коржавин: «Самиздат был большей частью чисто стихийным делом»

Джанни Родари: когда сказка реальней самой реальности

Волшебный голос Джельсомино оказывается сильнее и силы денег, и силы пропагандистской...

Приглашение переоценить жизнь

Суета жизни и узость кругозора меняют свои объекты, но не свою суть

Лента про афонский монастырь в кинотеатрах Украины

В кинотеатрах Украины начинается прокат документального фильма «Где ты, Адам?» 30...

Андре Тан о детской моде: «Дайте ребенку насладиться...

«Чем детская мода отличается от взрослой? Детей не заставишь носить неудобные вещи...

Главный мистик XX века. К дню рождения Михаила...

За свою врачебную практику он сделал сотни операций, принял более пятнадцать тысяч...

Протест для небожителей

Украинская арт-среда и индустрия развлечений протестует против действий Кабмина,...

Комментарии 0
Войдите, чтобы оставить комментарий
Пока пусто
Авторские колонки

Блоги

Ошибка